"Меньше скажешь — меньше срок" и другие реалии профессии
В кино адвокаты превращают выступление в зале суда в шоу. В жизни они ценят правило «меньше скажешь — меньше срок». О том, как устроена профессия, рассказывает председатель Московской коллегии адвокатов «Юлова и партнеры» Елена Юлова.
Елена Юлова,
адвокат
Юристы и адвокаты получают одинаковое базовое юридическое образование, все они могут заниматься вопросами гражданского права, но вести защиту в уголовных делах могут только адвокаты.
Чтобы получить звание адвоката, нужно сдать специальный экзамен, и только после этого юрист получает право защищать в уголовных делах обвиняемых, подозреваемых и представлять интересы свидетелей.
У адвокатов бывает разная специализация: они могут сопровождать деятельность организаций, находясь «внутри» компании или «снаружи», помогать заключать/расторгать сделки, отстаивать права и интересы юридических лиц в арбитражных судах, граждан — в судах общей юрисдикции, вести уголовные дела на предварительном следствии и в суде.
Адвокаты, занимающиеся уголовными делами, тоже имеют специализации: по общекриминальным делам, по экономическим, налоговым преступлениям, адвокаты, выступающие в суде присяжных по особо тяжким преступлениям, и пр.
Личное дело
Адвокатам, специализирующимся на ведении дел по экономическим и налоговым преступлениям, требуются не только юридические знания, у них должна быть и экономическая, бухгалтерская база знаний, знание основ гражданского права в части вопросов собственности, сделок, корпоративного права. Более того, нужно разбираться в политической ситуации в стране, представлять себе, кто есть кто на рынке и в структурах власти, «кто против кого дружит».
Я успела поработать еще в советской потребкооперации — в юридическом управлении Облпотребсоюза, где раз в неделю, прямо в моем кабинете руководитель в качестве «ведомственного арбитра» рассматривал арбитражные споры. Там я получила крепкие базовые знания в экономике торговли, кооперации и даже разобралась в бухгалтерии.
Мне довелось работать секретарем судебного заседания при территориальной подсудности, когда я секретарствовала при рассмотрении и гражданских, и уголовных дел. Служила в управлении по надзору за следствием и дознанием органов МВД Прокуратуры Ленинградской области, где разобралась в «тайнах следствия».
В конце 80-х — начале 90-х я помогала создавать кооперативы, малые и совместные предприятия, хозяйственные общества, налаживала в них юридическую, кадровую работу, сопровождала сделки, участвовала в судебных спорах, являлась учредителем ряда предприятий — тогда это была новая отрасль права. Но в 1993 году я решила уйти в адвокатуру, уж больно непредсказуемо могли в то время завершиться переговоры.
После сдачи экзаменов меня распределили в районную юридическую консультацию.
Моим первым подзащитным оказался рецидивист, который обвинялся в групповом убийстве женщины с предварительными пытками жертвы. Из собранных по делу материалов удалось выяснить, что дама погибла не от пыток, а от черепно-мозговой травмы, нанести которую мой подзащитный и его подельники по ряду причин не могли.
Вопросы этики
У адвокатов часто спрашивают, не мучает ли их совесть, когда они защищают человека явно виновного, да еще в тяжком преступлении.
После многих лет в профессии я понимаю, что нет абсолютно «черного» и абсолютно «белого». Моя задача — защитить доверителя, его права, и я приложу все усилия, чтобы сделать это максимально хорошо.
Как-то раз мне пришлось защищать 18-летнего парня, который в групповой драке нанес бейсбольной битой полицейскому тяжелые увечья, повлекшие за собой смерть. Сотрудник органов был тогда не при исполнении обязанностей, и мой клиент не знал, что он — полицейский, и не имел намерения его убивать. Однако обвинение настаивало на версии умышленного убийства сотрудника милиции при исполнении им обязанностей. И суд в Санкт-Петербурге осудил парня на 15 лет колонии строгого режима. Если бы Верховный суд признал правовую позицию моей кассационной жалобы (я, к сожалению, не участвовала в суде первой инстанции) и осудил его именно за то, что он совершил, — за причинение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть «не работника полиции», то срок его наказания мог бы быть значительно меньше. И как я могла его не защищать? Но да, бывают дела, за которые я не берусь, даже если в них есть правовая позиция. Но это — отдельный разговор. И я их все равно «пристраиваю» коллегам, квалификации которых доверяю.
Сейчас молодые юристы если и становятся адвокатами, то не очень охотно выбирают уголовно-правовую специализацию, особенно по общекриминальным делам — сложно, «грязно» и поначалу не очень денежно. А в «экономических» — без опыта делать нечего.
Как правило, адвокатами с уголовной специализацией в настоящее время становятся бывшие следователи, прокурорские работники, оперативные сотрудники полиции и ФСБ, бывшие военные следователи и прокуроры.
Как стать адвокатом
На третьем курсе студенты выбирают направление: гражданско-правовое, конституционно-правовое или уголовно-правовое и экспертно-криминалистическое. После окончания вуза те выпускники, которые выбрали уголовное право, устраиваются на работу в правоохранительные органы, прокуратуру, становятся экспертами-криминалистами. Кто нацелен на то, чтобы стать адвокатом, — стараются устроиться на работу в адвокатские фирмы помощниками или стажерами адвокатов. И только после двух лет работы по специальности можно сдать квалификационные экзамены в палате адвокатов и получить соответствующий статус. В качестве исключения — стажер адвоката имеет право на сдачу квалификационных экзаменов через год работы.
Насколько я знаю, в Московской городской коллегии адвокатов адвокат обязательно будет работать 3 месяца под присмотром наставников и только потом сможет вести дела самостоятельно. Однако в разных адвокатских образованиях могут быть свои порядки.
Адвокатские образования
Адвокаты ведут некоммерческую деятельность. Они оказывают не юридические услуги, а юридическую помощь.
Получая адвокатский статус, адвокат должен определиться, в каком адвокатском образовании он будет осуществлять адвокатскую деятельность. Существует три вида адвокатских образований.
Адвокатское бюро — по сути и форме — некоммерческое партнерство. Все адвокаты бюро, заключив партнерский договор, несут общую (солидарную) ответственность перед клиентом, зарабатывают в «один котел», из которого уже сообща распределяют средства, имеют общее имущество.
В коллегии адвокатов объединяются адвокаты, где каждый самостоятелен в отношениях с клиентом, определении размера гонорара, в заключении соглашения с клиентом. Члены коллегии «сбрасываются» только на бытовые расходы: на аренду помещения, оплату труда наемного персонала, на связь и «коммуналку». Однако соглашение с клиентом заключает конкретный адвокат, и он же несет персональную ответственность за свою работу.
Если адвокат не хочет ни с кем объединяться, предпочитает работать сам на себя и сам за себя и отвечать, он открывает адвокатский кабинет и ведет деятельность, похожую по взаимодействию с госорганами на деятельность ИП: самостоятельно ведет бухгалтерский и налоговый учет, занимается адвокатской практикой.
Деятельность адвокатских образований регулируют региональные палаты адвокатов. Это выборный орган, при котором, помимо всего прочего, существует дисциплинарная комиссия, которая рассматривает жалобы на адвокатов.
Палата адвокатов издает методические рекомендации по ведению отдельных категорий дел, организовывает семинары и конференции, повышающие уровень знаний, принимает квалификационные экзамены. Каждый адвокат после поступления в палату адвокатов, как в общественную организацию, отчисляет на ее содержание членские взносы, размер которых не столь существенен. Например, в настоящий момент ежемесячные взносы в Федеральную и Московскую городскую палаты адвокатов составляют 940 руб.
Рабочие процессы
По статистике в нашей стране из года в год выносится незначительное количество оправдательных приговоров. И коли уголовное дело дошло до суда, не было прекращено на предварительном следствии, не удалось избежать возбуждения уголовного дела, то задача адвоката состоит в том, чтобы выстроить такую линию защиты, чтобы клиент получил минимально возможное наказание, и именно за то, что совершил. За годы моей практики мне «удалось получить» 4 оправдательных приговора по тяжким экономическим статьям и 7 лет условно еще по делу, в котором клиент был «участником преступного сообщества», что равнозначно оправдательному приговору. Для меня это — предмет профессиональной гордости. Уголовным делам, по которым уголовное преследование было прекращено на следствии, я счета не веду. Их много.
Последовательность действий адвоката зависит от того, на какой стадии процесса обратился клиент.
Если дело уже в суде, то первое, что мы делаем, — знакомимся с материалами дела, определяем наличие или отсутствие позиции по нему, определяем круг доказательств, который необходим для защиты клиента, составляем план работы, то есть неких процессуальных действий по делу. Алгоритм действий одинаков для любых видов уголовных дел.
Информацию, доказательства собираем у клиента, запрашиваем данные у различных организаций, ищем в открытых источниках в интернете, подбираем судебные акты, знакомясь с позициями судов по данной категории дел. Поднимаем «отраслевое законодательство». Я вполне могу считать себя специалистом в захоронении опасных отходов, строительстве, в добыче золота и угля, в области телекоммуникационной связи и оказания аудиторских услуг, знаю, как и чем зарабатывают на жизнь банки и крупные торговые компании, страховщики. Но всех законов знать невозможно, за всеми изменениями в них не уследишь, посему и подбирается определенная правовая база под конкретное дело.
В судах общей юрисдикции дела слушаются в зависимости от сложности от нескольких месяцев до года-полутора. Есть многолетние и гражданские, и уголовные дела — около 10% из общей массы дел.
В судах общей юрисдикции приговор или решение обжалуются в апелляции, например, в Московском городском суде или Московском областном суде, аналогичных судах иных субъектов Российской Федерации. Если дело рассматривалось в мировом суде, то апелляция подается в районный суд.
На следующей стадии — кассационной — дела рассматриваются президиумами судов субъектов Федерации и, в порядке надзора, — в Верховном суде, в соответствующей судебной коллегии, если судья Верховного суда или заместитель председателя Верховного суда сочтут доводы надзорной жалобы заслуживающими внимания и передадут дело на рассмотрение в судебную коллегию.
В арбитражных судах нет деления на районы. По первой инстанции споры рассматриваются Московским городским, Московским областным арбитражными судами, аналогичными судами в иных субъектах федерации. Во второй инстанции — в специально созданных апелляционных арбитражных судах. В кассации — в федеральных окружных арбитражных судах, и в надзоре — в Верховном суде.
Сколько зарабатывает адвокат
Адвокаты по-разному определяют свое вознаграждение: кто-то работает с почасовой оплатой, кто-то берет фиксированный гонорар за конкретные действия, например, за подготовку документов в ту или иную судебную инстанцию, за представительство в суде, защиту на предварительном следствии. А кто-то предусматривает «гонорар успеха» либо ежемесячные фиксированные платежи от клиента.
Размер вознаграждения зависит от опыта, сложности дела. Начинающие могут рассчитывать на 50−60 тысяч рублей в месяц. Гонорары опытных оговариваются индивидуально.
Знаю одно правило, которое сама подметила и потом сверяла с коллегами: первые 10 лет практики — то густо, то пусто. И только после 10 лет адвокат, обрастая клиентами, может рассчитывать на ежемесячный гарантированный доход.
А уж к 15 годам практики (если не раньше) надо обзаводиться учениками/партнерами, поскольку самостоятельно запросы клиентов физически удовлетворить невозможно. Оговорюсь: я рассказываю про адвокатскую практику, а не про юридический бизнес.
